По данным Белстата, средняя зарплата в Белоруссии в 2012 году составила 2 миллиона 877 белорусских рублей. Если перевести на наши рубли, это около десяти тысяч. Отсюда – чисто символическая (по российским, конечно, меркам) плата за проезд в метро и общественном транспорте: 1500 белорусских рублей, или четыре наших. Кило свинины на мясных рядах в центральном минском универсаме – всего 150 российских рублей. Сравнительно недорогие местные молоко и творог с кефиром.

В остальном же непонятно, как живут белорусы со своей среднемесячной трехмиллионной зарплатой и нашими вполне себе российскими ценами. С мужем в Минске мы прожили неделю. Каждый поход в магазин обходился в 500–600 наших рублей – примерно столько же мы оставляем и в Архангельске.

А вот в плане чистоты даже Москве до Минска еще расти и расти. И это при том, что на улицах белорусской столицы мы не встретили ни одного рабочего-мигранта, тогда как в Москве их количество уже перевалило за все разумные и неразумные пределы.

Свои улицы белорусы метут сами...

«А что вы хотели за 20 долларов?»

Напутствия друзей, ранее бывавших в Белоруссии или просто наслышанных о дешевизне тамошней жизни, повлияли на выбор жилья – решили снимать квартиру.

Зайдя на один из сайтов, выяснили, что «однушку» в центре Минска можно снять всего за 20 долларов (у нас таких цен уже давно не найдешь). И фотографии на сайте к этим «однушкам» прилагаются. На них квартиры «эконом-класса», как они позиционируются, представлены как вполне себе отремонтированные, и даже с претензией на евро.

По приезде в Минск связываемся с молодым человеком по имени Дмитрий. Встретив нас у входа в метро на своем «Пежо» (на автомобилях этой марки, к слову, ездит пол-Минска, а российские «десятки» здесь только у гаишников), он везет куда-то очень далеко – так далеко, что с трудом соображаем, как будем выбираться, если поселимся здесь.

По пути Дмитрий рассказывает, что метро у них в Минске не как у нас в Москве (он принял нас за москвичей!). Что метро в российской столице для туристов самое то – на какой станции ни выйдешь, кругом одни достопримечательности. Минчане же на своем метро ездят в спальные районы.

Еще Дмитрий рассказывает, что цены в Белоруссии уже не те, что были раньше.

Сравнялись с российскими.

Что еще прошлым летом, когда белорусское правительство сдерживало курс на «черном рынке», россияне приезжали и, что называется, ни в чем себе не отказывали. А теперь приезжают – и вроде как не выезжали из России: цены на прилавках те же, что на родине...

Но вот наконец останавливаемся в чистеньком дворе у уютной пятиэтажки. Несмотря на то, что весна и все «плывет», никакой грязи: мусорные пакеты во дворе стоят аккуратно подвязанные, контейнеры вычищены.

На газонах пробивается первая травка, авто стоят рядом с бордюром и будто даже по линеечке. Детская площадка, кажется, еще советской постройки, но качели с лесенками все целехонькие и свежевыкрашенные.

Поднимаемся на второй этаж и... понимаем, что, видимо, в Белоруссии цены и впрямь уже не те. Квартира «эконом-класса» за двадцать долларов оказывается не просто, как сейчас принято называть, «бабушкиной».

Она не тянет даже на прабабушкину. Двуспальная кровать, на первый взгляд, сколоченная непонятно из чего, застлана каким-то выцветшим ковриком. В ванной комнате – ржавые ванна и унитаз частично разбиты.

Глядя на нас, разочарованных, Дмитрий устало спрашивает: «А что вы хотели за 20 долларов?» Судя по его темным «мешкам» под глазами, квартиры таким, как мы, он сдает утром, днем, вечером и даже ночью.

Нормальные квартиры, говорит, начинаются от сорока долларов за сутки. А то, что к этой картинки в Интернете прилагались, так то просто картинки...

«Будете уезжать – бросьте ключи в почтовый ящик»

Делать нечего – едем смотреть за сорок. Однокомнатная квартира прямо у станции метро Якуба Колоса оказывается с евроремонтом (на вид, правда, десятилетней давности), но очень холодной и с «задохнувшимися» полотенцами, которые в первый же день перестирываю.

Уходя, усталый Димариэлтор говорит: «Будете уезжать – бросьте ключи в почтовый ящик». То есть как это – бросьте? «Ну просто бросьте, – отвечает он спокойно. – У нас тут не как у вас. Не убьют, не украдут.

Ну почти коммунизм...» Прошу документы для отчетности.

– Не-е-ет, – тянет он в ответ, – чтобы документы, это надо через агентство снимать, а там квартиры от 150 долларов за сутки.

Прикидываем, 150 долларов – это около четырех с половиной тысяч российских рублей. Да, цены в Белоруссии явно изменились.

Или риэлтор нам просто соврал...

Новомодные «Эльсэвы» у минчанок не в фаворе

В белорусский «коммунизм» мы окунулись почти сразу. Для сравнения: 4500 в «Белпечати» стоит упаковка невидимок и 1300 – проезд в метро. За время нашего пребывания в Минске он, правда, подорожал до 1500 белорусских рублей. Билет в цирк – 270 рублей на наши деньги.

И какой цирк! С детства не видела ничего подобного.

Из центральных магазинов – ГУМ и ЦУМ. В ГУМе – продукты, в ЦУМе – все остальное. И вот тут воистину как на 20 лет в прошлое проваливаешься. В хорошем смысле.

На первом этаже – мужские носки-платки. Аналогичный отдел, но женский, на втором. То же с обувью и сумками, и все отечественного, в смысле белорусского, производства.

Как позже выяснится, в Минске почти не купить никакого женского нижнего белья, кроме «Милавицы».

Оно же повсюду рекламируется, как, впрочем, и отечественная косметика, которой здесь выпускается великое множество. В том же ЦУМе – специализированный отдел с косметикой белорусского производства. Ее очень много, и она на центральных полках. И, что самое главное, ее одну и берут. Новомодные «Эльсэвы», как я успела заметить, у минчанок не в фаворе, хотя и они (правда, не в очень большом количестве) стоят на полках... В том же ЦУМе и знаменитый белорусский трикотаж. Недешевый. Но народ толпится. Как толпится и за белорусским льном. Его берут и себе, и на подарки, и местные, и туристы.

А мне, в первые же дни в Минске адски замерзшей, понадобилась теплая куртка.

И тут при хороших поисках выяснилось, что и в «коммунистическом» Минске заграничную одежку очень даже можно купить. Те же «Адидасы» и «Найки» здесь есть. И, что примечательно, цены в них в разы ниже российских, а еще – отнюдь не одинаковые. Так, в разных минских «Адидасах» одну и ту же куртку я нашла за семь и четыре тысячи российских рублей. Вот она, близость к Европе...

Подняться на смотровую площадку национальной библиотеки – что-то около 60 российских рублей. Наши бы уже давно содрали все двести, тем более с иностранцев.

И попить чаю в кафе, расположенном на верхотуре, с которой виден весь Минск, ничуть не дороже, чем в обычном городском кафе.

Доступные цены и в кафе замка «Мир», отнесенного к памятникам ЮНЕСКО. Не говоря уже о том, что сам вход в замок стоит какие-то копейки...

И за языком следят

Совершенно отдельная тема – язык. Говорят в Минске все сплошь по-русски.

Но, как мы поняли, говорить по-белорусски считается модным. Например, когда мы однажды ехали в метро, слышали, как по-белорусски изъяснялись между собой хорошо одетые молодые парни, по виду – студенты. На белорусском со мной как-то разговаривал продавец в магазине и, даже видя, что в белорусском я ни бельмеса, на русский не перешел...

По-белорусски объявляют остановки в минском метро и общественном транспорте, на белорусском вывески на магазинах и кафе. Как-то на выходе из метро набрели на торговый центр «Столица», два этажа которого под землей. Все вывески там исключительно на белорусском.

И только входная дверь в доме, где мы жили, как и подавляющее число минчан, упрямо разговаривала с нами по-русски. Когда мы прикладывали магнитный ключ, она торжественно объявляла: «Дверь открыта». А вот к объявлениям в трамвае: «Осторожно, двери зачиняются!» я за семь дней пребывания в Минске успела привыкнуть и теперь даже скучаю по этому голосу из советского прошлого и минского настоящего...

А русских называют лентяями

«А к русским там как относятся?» – пишет мне подруга СМС в Минск. «Прекрасно!» – пишу я ей. И это правда. Если их остановить на улице с вопросом, они не пробегут, как москвичи, буркнув: «Не знаю!» Они обязательно ответят. А если сами не знают – внимание! – позвонят родственникам, но узнают для вас, где что находится.

Когда покупали билеты в цирк, в кассе муж спросил, как добраться до минского драматического театра. Так ему не только доходчиво объяснили, но и нарисовали схему, а еще позвонили знающим людям и узнали, какие спектакли сейчас идут.

А вообще, если честно, – ну не чувствовала я себя в Белоруссии чужой! В минском метро вам не прилетит дверью по лбу. Кто бывает в Москве, тот знает, что если предусмотрительно не придержать дверь в метро самому, то о нее можно и покалечиться. Минчане дверь в метро после себя придерживают и не отпускают до тех пор, пока ее не перехватит сзади идущий. Надпись на дверях в метро: «Калi ласка, прытрымлiвайце дзверы!» воспитала не одно поколение минчан...

Впрочем, про отношение к русским – это с какой стороны заглянуть. Было у нас в Минске место, куда мы ходили каждый день – ресторан народной кухни «Васильки». Комплексные обеды там стоят сто рублей на наши деньги, но какие это обеды! По тому борщу с драниками мы с мужем до сих пор тоскуем. Так вот в этих «Васильках» мы дважды слышали разговоры местных, судя по всему, вернувшихся из командировки в Россию.

В первый раз средних лет белорус рассказывал товарищам историю о том, как побывал дома у русского, у которого «нужник» во дворе деревянного дома стоит, сам дом на ладан дышит, но во дворе у того мужика – «Паджеро». В другой раз до нас донеслись слова о том, что русские не хотят работать...

Марина ТРЕТЯЧЕНКО
25/04/2012